Виллерс Бретонни: первый в истории танковый бой
Виллерс Бретонни: первый в истории танковый бой
 
  Виллерс Бретонни: первый в истории танковый бой  
   
 

Виллерс Бретонни: первый в истории танковый бой

первый в истории танковый бой

Карта сражения

Хотя во время ПМВ немцы отстали в производстве танков и выпустили совсем немного по сравнению тысячами машин, введенных в строй британцами и французами, боестолкновение между танками воюющих сторон было неизбежно, и кто-то из танковых командиров должен был оказаться первым, записавшим на свой счет первую уничтоженную вражескую боевую машину. По случайности, эта честь выпала командиру танка из отделения №1, роты "А", 1-го танкового батальона Британского Танкового Корпуса, хотя позднее в том же бою немецкий командир танка вывел из строя три британских машины.

Британский командир танка, 2-й лейтенант Фрэнсис (Фрэнк) Митчелл, по счастью, оставил детальный отчет об этом бое, и, кроме того, есть подробные отчеты немецкой стороны, так что представляется возможным составить довольно точное описание боестолкновения. Митчелл позднее описал этот бой как "Германский Камбре" (Он, очевидно, имел ввиду, что это был аналог первого применения танков самими британцами при Камбре), что, вероятно, было преувеличением, так как это было довольно локальное столкновение, хотя, на самом деле, действительно, первое применение танков германской стороной.

Ситуация на участке фронта

К апрелю 1918 немцы были на расстоянии 7 миль от Амьена - важного железнодорожного узла и стыка британской и французской армий. Стоило им захватить Виллерс Бретонни и высоты между ними и Каши (см. карту), как в их руках оказалась бы позиция для точного артиллерийского обстрела Амьена с его последующим захватом, который мог иметь тяжелые последствия для союзников. Для предотвращения этого французы ввели в бой ударные части, включая подразделения Иностранного Легиона, которые частично заняли позиции у леса де Бланжи (Bois de Blangy) в четырех милях к западу от Виллерс Бретонни вместе с британскими танками роты "А" 1-го танкового батальона. Тактика применения этих танков была известна под названием "Дикие Кролики" - танки участвовали в контратаках, выжидая в засадах и затем выскакивая как "дикие кролики из своих нор", по словам генерала Хью Эллеса, "для удара по флангам любой немецкой наступающей группировки".

Танки

Рота "А", которая незадолго до этого понесла немалые потери, имела на вооружении поспешно модифицированные старые тяжелые танки Mk IV. Отделение №1 под командованием капитана Дж. Брауна (кавалера Воинского Креста) состояло из трех танков - двух "самок" (вооруженных только пулеметами - В.К.) и одного "самца" (№4066), которым командовал 2-й лейтенант Фрэнк Митчелл. Кроме наличия двух короткоствольных 6-фунтовых орудий и отсутствия хвостовых колес, он мало отличался от танка Mk I. Им противостояли немецкие тяжелые танки A7V Sturmpanzerwagen. С боевой загрузкой A7V весил 33 тонны, его экипаж состоял из 18 (!) человек (командир, водитель, артиллерист, заряжающий, два механика и 6 пулеметных команд (каждая по 2 человека)). Броня была толщиной 15-30мм, на вооружении находилась одна 57мм русская пушка типа "Сокол", установленная в центре фронтальной части танка, и 6 пулеметов Шпандау или Максим, размещенных по всему периметру танка. Его максимальная скорость достигала 4 мили в час, радиус деятельности - 20 миль. В сущности, это была прочно защищенная мобильная артиллерийская платформа, предназначенная для поддержки пехоты. Тем не менее, танк был плохо сбалансирован, двигатель был недостаточно мощен, машина отличалась плохой проходимостью. Было произведено всего двадцать машин этого типа.

В этом бою также участвовало 7 британских средних танков типа A Whippet (Уиппет), входивших в батальон "С" под командованием капитана Т.Р. Прайса. Уиппет весил 14 тонн, был вооружен только четыремя пулеметами, имел экипаж из трех человек, тонкую броню, но скорость его достигала более 8 миль в час при хорошей проходимости.

Обстоятельства боя

Немцы решили атаковать с целью захвата высот между городками Виллерс Бретонни и Каши (Cachy). После этого они могли бы двинуться на Амьен и захватить его, если бы позволила обстановка. Такой несколько медлительный подход был обусловлен нехваткой живой силы для атаки и снарядов для артподготовки. Тем не менее, это компенсировалось наличием 14 танков A7V. Британские танки были замечены в лесу к северу от Каши, и на них был сконцентрирован непрерывный артогонь, в том числе, с применением снарядов с горчичным газом. Митчелл пишет, что в ночь на 4 апреля артобстрел стал просто невыносимым. Вражеский самолет подлетел на небольшой высоте, сбросил осветительные ракеты и обнаружил их, так что ничего не оставалось, как в час ночи двинуться на западный край леса л'Аббе (Bois l'Abbe). Тем не менее, к рассвету их вновь засыпали снарядами с отравляющими газами. Двое из экипажа Митчелла потеряли сознание, и их пришлось эвакуировать. Поблизости от танков вела огонь батарея 18-фунтовок, все артиллеристы были в противогазах. Появились раненые пехотинцы и сообщили Брауну и Митчеллу, что Виллерс Бретонни захвачен, и противник прорвал оборону британцев. Батарея потеряла своего наблюдателя, поэтому огонь велся вслепую. Было обговорено, что если появятся немцы, танки выдвинутся и атакуют их, в то время как 18-тифунтовые орудия будут вести огонь по открытому пространству.

Примерно в 8 утра прибыл старший офицер-курьер из 23-й бригады и отправился оценить реальную обстановку вместе с капитаном Брауном. Они выяснили, что линия обороны между Виллерс Бретонни все еще держится. Тем не менее, они не заметили, что на участке боя появились немецкие танки. Отделение Брауна получило приказ выдвинуться к линии обороны и стоять до последнего.

Митчелл вспоминает:

"Поскольку лес все еще был заполнен газом, мы не снимали противогазов, при этом... потерял сознание третий член экипажа, и мне пришлось оставить его, прислонив к стволу дерева. Мне одолжили одного человека - женщину, увеличив экипаж, включая меня, до 6 человек вместо положенных 8. Оба моих водителя были в числе пострадавших, поэтому танком управлял третий водитель, весь опыт которого состоял из двухнедельного курса в базовом лагере Ле Трепорт. Капитан Браун находился в моем танке. Я был единственным командиром танка, знакомым с местностью."

В 8.45 они тронулись к линии обороны, при этом танк Митчелла держался ближе к лесу с двумя танками-"самками" справа от него. Вскоре они смогли снять свои противогазы, без каких-либо повреждений продвигаясь зигзагами сквозь зону густого вражеского артогня. Когда они приблизились к линии обороны, какой-то пехотинец выскочил из траншеи, размахивая винтовкой и крича Митчеллу: "Смотри, там немецкие танки!". Это был первый знак того, что противник ввел в бой танки, и, глядя вперед, Митчелл разглядел "три объекта диковинной формы", продвигающиеся к восточной окраине Каши, один из них всего лишь в 400 ярдах от него, двое других - немного дальше на юг. За танками он усидел цепи наступающей пехоты.

Капитан Браун немедленно покинул танк Митчелла и бросился к двум танкам-"самкам", чтобы предупредить их, в то время как Митчелл повернул направо и, двигаясь параллельно с ближайшим немецким танком, втиснулся между двумя небольшими изолированными траншеями и двинулся вдоль линии обороны в направлении Каши. Шестифунтовое орудие правого борта открыло огонь по немецкому танку, однако никакого ответа от противника не последовало. Несмотря на нависшую дымку видимость у земли была нормальной, и Митчелл был в состоянии использовать свой носовой пулемет Льюис против немецкой пехоты.

"На пол-пути от Каши я развернулся, поскольку танки-"самки" патрулировали остальную часть линии обороны. Мое внимание теперь было полностью сконцентрировано на ближайшем ко мне немецком танке, который двигался довольно медленно. Артиллерист правого борта - Сержант Дж.Р. МакКензи - вел непрерывный огонь по нему, но поскольку я вел машину зигзагом, и на пути было много воронок от снарядов, точная стрельба была невозможна".

Немецкий танк также открыл огонь по машине Митчелла:

"Неожиданно мы услышали грохот словно от града, заколотившего по нашему правому борту, и вовнутрь танка полетели мелкие осколки... Это был град бронебойных пуль... Экипаж бросился на пол. Я приказал водителю двигаться прямо, и мы постепенно вышли из-под огня, но к этому моменту наши лица были иссечены осколками. Стальные шлемы защитили наши головы..."

Обратимся к описанию боя, приведенному немецкой стороной. 14 A7V, поддерживавших немецкую пехоту, были разделены на три группы: группа 1 (три танка) двигалась прямо на Виллерс Бретонни; группа 2 (семь танков) были на правом фланге, атакующем позиции у леса д'Акен (Bois d'Aquenne); группа 3 (четыре танка) двигалась на Каши. Митчелл столкнулся с группой 3. Из-за тумана немецкие танки заблудились, и один из них (Elfriede) ушел слишком далеко на север, свалился в карьер и, хотя его экипаж продолжил бой, храбро сражаясь вместе с пехотинцами, сам танк никакого участия в бою не принял. Остальные три танка из группы 3 и были теми, которые увидел Митчелл. Танк, с которым он вступил в бой, находился под командованием 2-го лейтенанта Вильгельма Билтца. Увидев вражеские танки, Билтц дал задний ход и, в то же время, отдал своим артиллеристам приказ открыть огонь по танкам противника.

Очевидно, что если Митчелл собирался дать своему артиллеристу неплохой шанс поразить врага, он должен был остановиться, таким образом дав ему возможность как следует прицелиться. И он сделал это. Билтц, тем не менее, увидев, что Митчелл остановился, подумал, что ему удалось подбить танк противника, поэтому он переключил свое внимание на танки-"самки" и сумел добиться попаданий в обе машины, вынудив их выйти из боя.

Предоставим слово Митчеллу:

"Я осторожно двигался вдоль линии обороны. Артиллерист орудия левого борта (насколько я помню, его звали Картер) стрелял точно. Его снаряды разрывались в непосредственной близости от немецкого танка. Я открыл амбразуру в верхней части кабины для лучшей видимости, и, когда мы оказались напротив нашего оппонента, мы остановились... Затем я увидел разрыв снаряда в передней части немецкого танка. Это было прямое попадание. За ним последовало второе, несколько ниже, затем третье...Это была великолепная стрельба для человека, глаза которого заплыли от воздействия газа, и который управлял орудием в одиночку из-за нехватки людей... Немецкий танк резко остановился и слегка наклонился. Из бокового люка выскочили люди, и я открыл огонь по ним из моего Льюиса. Немецкая пехота, следовавшая за танком, тоже остановилась".

В танке Nixe воцарился хаос. В результате первого попадания был убит артиллерист носового орудия, смертельно ранены два члена экипажа, и легко ранены еще трое. Билтц боялся, что вот-вот взорвется ящик с ручными гранатами, находившийся в носовом отделении, и приказал экипажу покинуть танк. Другие два попадания не нанесли большого ущерба. Через некоторое время водитель заметил, что двигатель танка все еще работает, поэтому Билтц, убедившись, что танк не собирается взрываться, приказал членам экипажа вернуться в машину. Экипаж сумел отвести танк в тыл на расстояние в 2км, после чего двигатель исчерпал масло и заглох. Это был вызвано повреждениями, нанесенными снарядами противника, в связи с чем Митчелл имел право считать, что ему удалось вывести из строя первый вражеский танк.

Справившись с Nixe, Митчелл вступил в бой с двумя другими A7V, которые, казалось, двигались в его направлении. Тем не менее, через какое-то время они медленно отошли к югу...

Остальная часть боя сложилась не столь удачно для британцев. Митчелл... продолжал патрулировать линию обороны, обстреливая атакующую немецкую пехоту. Около 11 утра он увидел как семь танков Уиппет появивились из-за северной окраины Каши, проскочили на максимальной скорости линию проволочных заграждений и оказались перед линией своей обороны. Первоначально им удалось внести смятение в ряды немецкой пехоты и рассечь ее атакующие порядки, двигаясь вперед и обстреливая немцев из пулеметов. Затем неожиданно один из них остановился, и Митчелл увидел, как из него повалили клубы дыма. Затем загорелся еще один. Остальные пять отошли к Каши, но один из них остановился в 100 ярдах от деревни, и Митчелл увидел, как из него выскочил танкист и подбежал к другому Уиппету, который подобрал его. Четвертый Уиппет сломался недалеко от сада близ Каши, то есть, только три машины вернулись из боя без повреждений.

Капитан Т.Р. Прайс, который командовал семью Уиппетами, получил приказ разгромить оставшуюся без поддержки пехоту, отсюда и его бесшабашная, но довольно эффективная "кавалерийская" атака. Он не знал о других двух танках из группы 3 (Siegfried под командой 2-го лейтенанта Фридриха-Вильгельма Биттера и Schnuck под командой 2-го лейтенанта Альберта Мюллера). Биттер увидел, как Уиппеты обрушились на пехоту, немедленно повел свой танк вперед и открыл огонь вместе с присоединившейся к нему полевой артиллерией. Сейчас уже невозможно скзать, кто из них подбил Уиппеты, но очевидно, что танки A7V сыграли важную роль в том, что их удалось отбросить.

Затем наступила очередь Митчелла получить повреждения. (По нему уже успел отбомбиться свой же самолет, который принял его танк за вражеский.) Вступив в бой с другим вражеским танком, находившимся на расстоянии около 1000 ярдов по направлению к Виллерс Бретонни (предположительно, из группы 1), танк Митчелла получил прямое попадание от огня легкого миномета, принадлежавшего 5-му немецкому полку гренадеров-гвардейцев, которое разорвало одну из его гусениц. "Наконец и нам досталось. Мы выбрались из танка и укрылись в ближайшей траншее в 50 ярадах позади танка. Было 12.45 после полудня".

Заключение

За храбрость, проявленную в этом бою, 2-й лейтенант Фрэнсис Митчелл был награжден Воинским Крестом (Military Cross), сержант МакКензи - Воинской Медалью (Military Medal). Несомненно, и Митчелл, и немецкий танкист Биттер заслужили место в истории бронетанковой техники. Оба мастерски управляли своими громоздкими машинами, а их артиллеристы оказались достойными самой высокой похвалы.


Источник: George Forty. Tank Action. From the Great War to the Gulf. London, 1995