Музыкальный Ящик, изрыгающий смерть
Музыкальный Ящик, изрыгающий смерть
 
  Музыкальный Ящик, изрыгающий смерть  
   
Многопрофильный медицинский центр тут. Консультация, лечение.
Соковыжималка hamilton beach 932 restamoda.ru.  

"Музыкальный Ящик", изрыгающий смерть

Музыкальный Ящик

Как часто в нашей литературе посвященной танкам первой мировой войны их наделяют эпитетами вроде "неуклижий", "тихоходный", "громоздкий". Все это, конечно, так, но ... не надо забывать, что мы судим с вершин нашего сегодняшнего опыта, а в те годы все это выгладило совершенно иначе. Тогда их просто не с чей было сравнивать, так что неуклюжие по сегодняшним меркам машины, воспринимались прямо-таки как чудо техники. Многие почему-то считают, что их боевая роль была сравнительно невелика, сводя ее зачастую к чисто психологическому воздействию. Но и это неверно, потери от танковых атак были весьма значительно, о чем свидетельствует любопытный эпизод, связанный с рейдом известного английского танка "Музыкальный ящик" Мк А "Уиппет" ("Борзая"), вооруженного четырьмя пулеметами Гочкиса и с максимальной скорость" 12 км/ч. В сражении за Амьен 8 августа 1918 года кроме тяжелых танков в бой были введены и батальоны танков "Уиппет", которые должны были преследовать неприятеля совместно с конницей. Однако на поле боя конница залегла и отдельные танки начали действовать самостоятельно.

Приводим выдержку из донесения командира танка "Музыкальный ящик", лейтенанта Арнольда: "Я достиг линии английского фронта и вместе с остальными "Уиппетами" 2-ой роты перегнал несколько наших тяжелых танков МкV с австралийской пехотой. Четыре взвода моей роты наступали параллельно железной дороге Амьен-Ам, проехав 2000 м я внезапно остался один, так как остальные танки по-видимому застряли в пути. Непосредственно впереди себя увидел несколько танков МкV* ("со звездой"), за которыми вплотную следовала австралийская пехота. Немедленно вслед за тем мы попали под прямые выстрелы батареи полевых пушек, вспышки которых я мог видеть между Абокуро и Байонвиллеро. Два танка МкV* были расстреляны справа от меня; я видел, как из танков вырывались клубы дыма и как выходила из них команда. Следовавшая за ними пехота несла потери от артиллерийского огня. Тогда я повернул в полоборота налево и проехал по диагонали впереди батареи, выпустившей по моему танку восемь гранат, разрывы которых я наблюдал из танка. Мне удалось под прикрытием аллеи деревьев выйти в тыл к батарее, на которую я затем круто повернул: ЗИ канониров бросили орудия и бежали. Риббенс и я расстреляли их. Затем я поехал вперед, завернул влево и открыл огонь по бегущей пехоте".

В дальнейшем Арнольд еще глубже проник в расположение германских войск, встретил и обогнал несколько разъездов английской конницы. Наконец он добрался до железнодорожного полотна, где расстрелял нескольких германских пехотинцев.

"Слева, примерно в 3/4 мили я видел горевший поезд, уводимый паровозом. Я двинулся на восток параллельно железной дороге, стараясь незамеченным приблизиться к небольшой низине, где, судя по карте, должны находиться германские бараки и убежища. Я под прямым углом (между Бойонвиллером и Абоньер) въехал в долину, в которой видно много неприятельских солдат, частью отходивших, частью еще укладывавших свои ранцы. Когда мы открыли огонь, многие выскочили ив убежищ, стараясь пробраться к выходу из низины. Мы расстреляли большое число их. На обратном пути мы насчитали 68 человек убитых и раненых.

"Затем я повернул влево от железной дороги и пересек открытое поле, так как видел вдали цепи отступавшей неприятельской пехоты. Мы открыли по ним огонь с 200-600 ярдов.

"...Наших войск я больше не видел...Во время всего набега я непрерывно был обстреливаем сильным ружейным и пулеметным огнем".

Вопреки уставу на крыше танка были прикреплены запасные бидоны с бензином (их полагается прикреплять сзади), которые конечно были прострелены, так что бензин вытек и залил снаружи броневую башню. Жара, испарения бензина и плохой воздух внутри танка заставили команду после 9-10 часов езды дышать через патроны противогазов, не надевая самих масок.

"В 14 час. я продолжал двигаться в восточном направлении параллельно железной дороге и метрах в 100 к северу от нее. Я увидел большой аэродром и привязной аэростат на небольшой высоте. Со всех сторон я видел также длинные колонны автомобилей и повозок. Слева, по ту сторону моста, я увидел автомобиль, шедший на меня. Я въехал с танком в укрытие, в котором нас не было видно, и подождал пока автомобиль не появился на мосту; тогда я застрелил шофера. Автомобиль въехал в канаву..."

"По обе стороны железной дороги я видел длинные цепи отходящей пехоты. Я открыл по ним огонь с дистанции в 400-500 ярдов и нанес им тяжелые потери. Я прорвался сквозь них и по дороге расстрелял еще упряжную повозку. Затем мы пересекли узкую дорогу и увидели длинную колонну лошадей и повозок. Пулеметчик Риббенс непрерывно стрелял по автомобилям и колоннам повозок, двигавшимся по трем дорогам около железнодорожной линии. Я сам неоднократно открывал огонь с дистанции в 600 и 800 ярдов по колоннам, загромождавшим дороги, и вызвал большое смятение.

Вскоре затем танк получил два попадания, воспламенившие вытекший бензин. Троим людям, уже объятым пламенем, удалось выскочить через дверцу. Один из них был немедленно убит пулей в живот. Другим двум удалось, катаясь в траве, потушить пламя. Лейтенент Арнольд и другой пулеметчик попали в плен после того как они втроем с одним танком вывели из строя около 200 немцев. И это наделал только один прорвавшийся танк.


Источник: Статья из журнала "Танкомастер" № 4/5 1992